---

     Обвинительное заключение по делу Дингеса Г.Г., Зиннера П.И. и Сынопалова А.К. от 10 октября 1931 г. было опубликовано нами в сокращенном варианте в статье "Prozess gegen wolgadeutsche Intellektuelle." (см.: Volk auf dem Weg, Nr. 4, April 2006, 16-17 S., Nr. 5. Mai 2006, 1. T., Nr. 5. Mai 2006, 2. T.). Документ хранится в архивно-следственном деле № ОФ-14805 в архиве Управления ФСБ РФ по Саратовской области и публикуется на русском языке в полном объеме впервые. В оригинальном тексте документа допущено много ошибок, искажены фамилии, допущены прочие неточности, поэтому орфографические ошибки, неправильное обозначение организаций, написание фамилий исправлены нами без дополнительных примечаний. Все дополнения по смыслу, а также немецкоязычные обозначения, отсутствующие в оригинале, приводятся в квадратных скобках. Комментарии к тексту обвинительного заключения даны В. Кригером (Dr. Viktor Krieger, Heidelberg).

Виктор Кригер, Александр Шпак

---

     Особым отделом ПП ОГПУ НВКрая [1] в 1930 г. была вскрыта и в определенной мере пресечена к[онтр]-р[еволюционная] националистическая и шпионская деятельность католического и лютеранского немецкого духовенства (дела БАУМТРОГА [Baumtrog] [2], КАППЕСА [Kappes] [3], ЭРБЕСА [Erbes] [4], ГАРФА [Harff] [5], ВАГНЕРА [Wagner] [6]) и национал-шовинистических элементов из немецкой интеллигенции Поволжья (дела проф. БЕНИНГА [Behning] [7], ГРОССА [Groß] [8] и др.). Уже в этих делах, по показаниям отдельных обвиняемых и свидетелей, обвиняемые по данному делу проф. ДИНГЕС и преподаватель ЗИННЕР фигурировали как лица пангерманской ориентации, непримиримо настроенные к пролетарской диктатуре в СССР и связанные непосредственно с националистическими разведывательными ("Остойропа" [9], "Аусландсдейтчен" [10]) и белоэмигрантскими организациями ("Ферейн дер Волгадейтчен" [11]) в Германии, кои также являлись направляющим началом в деятельности вышеназванных БАУМТРОГА, КАППЕСА, БЕНИНГА и др. (ныне осужденные коллегией ОГПУ). Последующие к-р враждебные Соввласти проявления обвиняемых ДИНГЕСА, ЗИННЕРА и СЫНОПАЛОВА и послужили основанием для привлечения их к следствию по делу.

     Следствием по настоящему делу установлено следующее: воспитанные на буржуазно-демократических и националистических традициях германской государственности, обвиняемые ДИНГЕС, ЗИННЕР и СЫНОПАЛОВ к установившейся после Октябрьской революции диктатуре пролетариата, с самого же ее начала относились отрицательно, поставив себя в лагерь враждебный Соввласти. Солидаризуясь с меньшевизмом, эсеровщиной, приветствовали Учредительное собрание, которое должно было установить в России буржуазно-демократическую власть. В последующие годы, годы НЭПа, рассматривали последний как этап реставрации капитализма в [Советском] Союзе, национальный вопрос рассматривали как самоцель - средство воспитания немецкого населения в СССР в националистическом пангерманском духе и сохранения в немецких массах немецкой национальной культуры в ее непосредственной связи с германской государственностью.



Фрагмент л. 251 из архивного дела № ОФ-14805.

---

     Показание обвиняемого ДИНГЕСА Г.Г.:

"...В период Октябрьской революции и гражданской войны я придерживался меньшевистской ориентации и разделял идею Учредительного собрания, которое должно было установить в России принципы буржуазной демократии… НЭП я воспринял с удовлетворением. В нем я видел гарантию удовлетворения интересов индивидуалистического крестьянского хозяйства… Нацполитику Соввласти я расценивал не с коммунистической точки зрения, так как она для меня являлась самоцелью, т.е. другими словами средством воспитания и сохранения в массах населения Республики немцев Поволжья элементов национальной немецкой культуры и общности интересов немецкой культуры во всех странах вне связи с определенной государственностью, на основе известного германофильского мировоззрения и является причиной, определившей в конечном счете мою анти-советскую деятельность"…
(листы дела [л.д.] 169, 171).

     Показание свидетеля ДРЕЕРА К.П.:

"…ЗИННЕР шовинист до такой степени, что даже в своей личной жизни строго придерживается старых немецких традиций. Два труда ЗИННЕРА, которые известны мне, говорят о том, что он крестьянский вопрос рассматривает не в духе коммунистической партии и Соввласти, а приблизительно так, как рассматривали его соцреволюционеры"…
(л.д. 109).

     Показание свидетельницы КАСАДРОВОЙ Н.В.:

"…Учитель ЗИННЕР является таким же узким немецким националистом, как ДИНГЕС, ЗИННЕР до такой степени шовинист, что считает брак между двумя лицами разной национальности недопустимым явлением"…
(л.д. 117).

     Показание обвиняемого ЗИННЕРА П.И.:

"…Совершенно независимо от ЦЕЙССА [Zeiss] [12] я имел националистическую идеологическую установку, которая выражалась в моих статьях, которые я в 1922-26 г.г. печатал в различных заграничных изданиях"…
(л.д. 230).

     Наличие у ДИНГЕСА, ЗИННЕРА таких антисоветских идеологических установок и практических устремлений дали возможность агентуре германской буржуазии использовать их в качестве послушного орудия германской разведки и национал-фашистских организаций во враждебной деятельности последних против СССР.

     Начиная с 1921 г. немецкое население Поволжья становится объектом особого внимания германской государственности и правой национал-фашистской общественности. Вплоть до последних лет АССР Н[емцев] П[оволжья] и Саратов наводняется представителями германских правительственных учреждений (советники министерства КЛЕЙНОВ [Cleinow] [13] и МИССОНГ [?], атташе АУХАГЕН [Auhagen] [14] и ШИЛЛЕР [Schiller] [15], ленинградский консул, представители Германского посольства в Москве) и германской буржуазной общественности и прессы (ЙОНАС [Jonas] [16], ОТТ ШМИДТ [Schmidt-Ott] [17], ЦИЗЕМЕР [Ziesemer] [18], ЦЕЙСС, ШЕФФЕР [Scheffer] [19], САЛЕТ [Sallet ] [20] и многие другие).

     Основной, скрытый под флагом культурных интересов, смысл этого особого внимания германской государственности и национал-фашистской общественности к колонистским массам Поволжья заключался в обеспечении пангерманского влияния - в противовес советскому - на колонистскую массу, путем организации на месте проводников этого влияния и путем создания внешней видимости "забот и внимания" германской государственности и общественности к немецкому народу, хотя бы и находящемуся на территории советского государства. Одной из таких видимостей "забот" и явилась провалившаяся авантюра национал-фашистов в 1929-30 гг. по эмиграции колонистов Поволжья в Германию.

     Почти каждый из посещавших АССР НП и Саратов представителей германской государственности и буржуазной общественности находил живой отклик своим пангерманским стремлениям и всяческое содействие со стороны обвиняемых ДИНГЕСА и др.

     Таким образом завязались и укреплялись связи обвиняемых с зарубежными националистическими и разведывательными организациями и под руководством последних создавались непосредственные проводники пангерманской работы в Поволжье.

     О своих связях с зарубежом и характере их обвиняемые показывают:

     Обвиняемый ЗИННЕР показывает:

"…В американские газеты с клерикальным уклоном "Вельт-Пост" [21] и "Дакотскую вольную прессу" [22] я посылал ряд своих статей. С ФОЛЬЦЕМ [Volz] [23], явным к-р врагом всего советского, я имел переписку"…

"Вскоре по прибытии Герм[анского] Кр[асного] Кр[еста] я получил приглашение (не помню теперь через ЦЕЙССА, ФИШЕРА [Fischer] [24] или ЛОРЕША [Loresch] [25]) сотрудничать в их журналах "Волжские ежемесячники" [26] и "Немец Поволжья" [27], издававшихся в Берлине волжскими эмигрантами… В обоих этих журналах я за время кампании помощи голодающим поместил ряд статей по истории культуры, быту и очерков беллетристич[еского] содержания и стихотворений… Не только теперь, но даже в конце кампании (в 1923 г.) мне стало ясно, что эмигранты из немцев Поволжья были организациями контрреволюционными"…
(л.д. 54).

"…Я познакомился и связался с рядом лиц - ШЕФФЕРОМ, проф. КЛЕЙНОМ [?], АСМИНЫМ [Asmis] [28], ГАУТЧИЛЬТОМ [Hauschild] [29], с ИОНАСОМ имел переписку по поводу литературного материала, подлежащего опубликованию в печати в Германии. Таким образом, через ЦЕЙССА, а потом непосредственно, я был связан с рядом лиц безусловно а[нти]с[оветского] и к-р по своему полит[ическому] мировоззрению, которые мне вначале не были всегда ясны раньше и только в течение времени меня в этом убедило бесповоротно"…
(л.д. 70).

     Показание обвиняемого ДИНГЕСА:

"…В 1921-23 гг. через ЗИННЕРА я познакомился с находившейся в то время в Саратове миссией Германского Красного Креста, в частности с докторами ЦЕЙССОМ и ФИШЕРОМ и постоянным представителем миссии в Саратове ЛОРЕШОМ. ЗИННЕР знакомил меня с ними, в связи с проявляемым ими большим интересом к истории немцев Поволжья, их культурной и экономической жизни. Мне пришлось [бывать] в то время в обществе упомянутых лиц и беседовать с ними по существу интересовавших их вопросов… В Берлине участвовал на неофилологическом съезде, наряду с другими участниками съезда был на приеме у президента ЭБЕРТА [Ebert] [30], которому был представлен как русский ученый профессором ДЕГЕНОМ [?]. ЭБЕРТ в беседе выражал интерес к положению немцев Поволжья, к школьному делу.

Во время пребывания в Берлине меня посетил богослов ШВАБ [Schwab] Август [31] (ныне пастор), с которым еще до революции я когда-то встречался один раз. Он проявил интерес ко мне лично, содействовал мне в обозрении Берлина. Предлогом посещения меня было его желание выяснить возможность возвращения в Россию его и других лиц из числа студентов. Он же представлял меня председателю "Альгемейнер Дейтчер Лерерферейн", "Ферейн дер Аусландсдейтчен" [32] ЗЕЙБУ [?], представлял меня еще ШВАБ с целью сделать доклад о школьном деле в Немреспублике. ШВАБ, как мне известно, состоял членом, а одновременно и председателем, "Ферейн дер Волгадейтчен", который в свою очередь является федеративной частью "Ферейн дер Аусландсдейтчен" [33]…

Он (ШВАБ) меня представил студентам на вечеринке, устроенной ими, я там пробыл около получаса, причем студенты интересовались возможностью получения места [работы] в АССР НП"…

"…В 1928 г. у меня был несколько часов профессор истории из Берлина ФЕЙТ [Veit] Валентин [34], последний приезжал из Германии в СССР и, в частности, в Покровск, с целью ознакомиться с Немреспубликой… В 1929 г. у меня в музее я познакомился с профессором русской истории Гамбургского университета СОЛОМОНОМ [Salomon] [35], который приезжал в Покровск и интересовался жизнью Немреспублики в целом. В этом же году меня посетил прибывший из Германии доктор ЛЕЙБРАНДТ [Leibbrandt] [36], цель его посещения привлечь меня к участию в энциклопедии немецкого народа [37].

В 1928 и 30 гг. меня посещал на дому профессор Кенигсбергского университета ЦИЗЕМЕР Вальтер. Первый раз он приезжал в СССР с целью ознакомления с работой в Бюро по изучению диалектов АССР НП, второй раз с целью участвовать в открытии Немецкого педагогического института"…
(л.д. 96, 97 и 158).

     Одним из основных организаторов пангерманской и разведывательной работы в Н[ижне-]В[олжском]К[рае], как установлено следствием по ликвидированной к-р организации "МИКРОБИОЛОГОВ" [38], ряда националистических к-р группировок, и по настоящему делу, являлся германский разведчик национал-фашист доктор ЦЕЙСС. Также как и осужденные (Коллегией ОГПУ) проф. БЕНИНГ и др., ЦЕЙССОМ были привлечены для активной пангерманской и шпионской работы обвиняемые ДИНГЕС, ЗИННЕР и ряд других лиц, не привлеченных по настоящему делу.

     Личность ЦЕЙССА, руководившего к-р работой обвиняемых, последним была заранее хорошо известна.

     Показание обвиняемого ЗИННЕРА П.И.:

"…ЦЕЙСС, с моей точки зрения, является немецким националистическим деятелем, ведшим в СССР пангерманскую работу, используя в процессе своей а-с деятельности целый ряд лиц, и в частности меня. В связи с этим я констатирую, что профессор ЦЕЙСС является человеком правых политических убеждений"...

     и   д а л е е:

"…Эта сумма национального, которой я был носителем и которой я был движущей пружиной, приводящей в движение мою деятельность, и была использована и переключена ЦЕЙССОМ на линию пангерманской работы"…
(л.д. 52, 55).

     Обвиняемый ДИНГЕС Г.Г. показал:

"…ЦЕЙСС национал-фашист, антисемитски настроен, стремился к тому, чтобы повести свое идеологическое воздействие на поволжских немцев. Оружием должен был быть я…

ЦЕЙСС по своим убеждениям является, по сложившемуся у меня теперь убеждению, фашистом, ориентирующимся на правые националистические круги германской буржуазии и, как мне теперь ясно на основе ретроспективной оценки его деятельности, проводил эту пангерманскую работу здесь в СССР. Практически ЦЕЙСС добивался своей деятельностью распространения "государственной немецкой культуры на немецкие колонии и население СССР", а также стремился подчинить научную советскую мысль влиянию германской науки"…
(л.д. 147, 178, 179).

     Под непосредственным влиянием ЦЕЙССА обвиняемые установили: близкие связи с германскими националистическими организациями, в частности с националистической разведывательной организацией "Ферейн дер Аусландсдейтчен" и с его институтом "[Дейтчес] Аусланд-Институт" в Штутгарте, "Обществом по изучению Восточной Европы", а также с белоэмигрантской национал-фашистской организацией "Ферейн дер Волгадейтчен" (филиал "Аусландсдейтчен", созданный эмигрировавшими во время революции немцами из Поволжья), ДИНГЕС и ЗИННЕР являются действительными членами организации "Ферейн дер Аусландсдейтчен", от которой имеют членские билеты и систематически получали все издания.

     Связь с названными организациями и с реакционными германскими учеными обвиняемые осуществляли путем систематической переписки, личных встреч с отдельными руководителями вышеназванных организаций (состоявшихся как в Германии, так и на территории СССР) и непосредственно через ЦЕЙССА.

     ЦЕЙССОМ же организовывались встречи обвиняемых с приезжавшим видным деятелем "Аусландсдейтчен" ЦИЗЕМЕРОМ и советником Германского посольства в Москве ХИЛЬГЕРОМ [Hilger] [39], дававшим обвиняемым установки по к-р деятельности.

     Показания обвиняемого ЗИННЕРА:

"…С профессором Кенигсбергского Университета по фольклору Вальтером ЦИЗЕМЕРОМ я завязал отношения через посредство ЦЕЙССА… Лично с ним связался в ноябре 1929 г., когда мне ЦЕЙСС дал телеграмму о том, что скоро в Москве будет ЦИЗЕМЕР и просил меня также приехать. Я приехал к ЦИЗЕМЕРУ в Москву (гостиница "Европа"), где меня ЦЕЙСС познакомил с ним. ЦИЗЕМЕР отнесся ко мне очень тепло, очевидно уже имея обо мне информацию от ЦЕЙССА. ЦИЗЕМЕР в разговоре со мной, что мне удается произвести при напряжении всей своей памяти, постепенно перевел разговор непосредственно от научных тем к вопросам общеполитическим, в частности остановившись на необходимости проведения работы над укреплением националистических элементов среди немецкого населения, в смысле сохранения обособленности немецкой культуры и распространения в СССР политического влияния Германии"…
(л.д. 53, 54).

     Показания обвиняемого ДИНГЕСА:

"…С доктором ЦЕЙССОМ последний раз виделся в Москве, в середине января с.г., заходил к нему (проживает в одном из домов Германского Посольства, с профессором ЦИЗЕМЕРОМ). В эту же поездку в Москве я познакомился с советником Германского посольства ХИЛЬГЕРОМ, встретились мы у художника-архитектора ШЕПЕРА [Scheper] [40], к которому меня пригласила Лота ШВАРЦ [Schwarz] [41]. Там же на вечере был представлен ПОЛЮ, редактору газеты "Москауэр Рундшау". В их обществе мне памятен разговор о проводимой в СССР коллективизации, в которой ХИЛЬГЕР выражал сомнение о возможности осуществления этого мероприятия… ХИЛЬГЕР говорил мне, что желал бы видеть у себя…

     и   д а л е е:

"…При встрече (это было у него в доме) в декабре мес[яце] 1929 г. с ЦЕЙССОМ он в личном разговоре заявил, что меня желает видеть и беседовать со мной советник Германского Посольства по культурным вопросам и что удобнее эту встречу будет [устроить] тогда, когда он, ЦЕЙСС, переедет на частную квартиру (где-то на Поварской ул.), т.к. в консульстве это сделать не совсем удобно, поскольку лиц, посещающих другие консульства (не Германское) арестовывают"…
(л.д. 97, 98).

     Под вышеуказанным руководством обвиняемыми и велась практически к-р и шпионская деятельность на территории НВКрая в интересах Германской буржуазии.

     Общую оценку своей враждебной Соввласти деятельности, обвиняемые характеризуют, далеко неискренно, так:

     Обвиняемый ЗИННЕР показал:

"…Свою связь с Германскими организациями, о которых я выше показал, я расцениваю как а-с. Я сознаю, что моя литературная деятельность по линии связи с этими националистическими организациями, которая уже была заранее определена рамками этих организаций, не могла принять другой формы, кроме анти-советской…

Кроме того ЦЕЙСС снабжал меня разного рода литературой, в числе которой была в первую очередь тенденциозно-националистическая немецкая литература. ЦЕЙСС наряду с этим использовал меня как передаточное лицо по снабжению разной литературой библиотеки Саратовского университета, где я был лектором, а также в этом деле частично использовал и профессора ДИНГЕСА, являющегося органическим немцем германофилом, тоже вовлеченным в пангерманскую работу ЦЕЙССОМ…

Подводя итоги своих взаимоотношений с ЦЕЙССОМ и перенося их на поле своей прошлой деятельности, я разграничиваю свою деятельность на две части: а) деятельность с националистическим оттенком, но вполне лояльная и советская; б) деятельность националистическая, уже с полной окраской, принявшая антисоветскую форму, в силу вовлечения меня ЦЕЙССОМ в сферу его пангерманской работы, которая выразилась в моей связи, установившейся при помощи ЦЕЙССА с германскими к-р организациями и националистическими деятелями, с которыми "свел" меня ЦЕЙСС. В этом я совершил крупную политическую ошибку, однако, в которой, осознав ее в полном объеме, виновным себя признаю"…

     Показание обвиняемого ДИНГЕСА:

"…Моя прошлая деятельность в Поволжье в известной части была по существу антисоветской, она была практическим следствием, вытекавшим из прошлого моего мировоззрения, я был связан с рядом лиц антисоветски и к-р настроенных, которые оказали естественное влияние на мою деятельность…

В частности о моих взаимоотношениях с ЦЕЙССОМ я должен сказать следующее: 1) ЦЕЙСС в процессе наших взаимоотношений стремился оказать на меня влияние в смысле склонения меня на пангерманскую работу; 2) ЦЕЙСС, зная мои националистические воззрения, стремился склонить меня на оказание ему содействия в проведении его линии; 3) ЦЕЙСС периодически снабжал меня по почте литературой, каковую присылал в кабинет германской филологии. Попадались экземпляры книг немецко-националистического характера… Я признаю, что совершил ошибку, принимая эту литературу, а также признаю себя виновным в содействии проведения антисоветской линии ЦЕЙССОМ. В этом пункте ЦЕЙСС использовал меня в своей националистической деятельности… 4) Не отрицаю возможности того, что ЦЕЙСС мог получить или получил от меня информацию о состоянии Немреспублики или желательных для него сведений по национальному строительству Республики… 5) имел с ЦЕЙССОМ беседы на тему национальной политики Соввласти, проводимой в Республике немцев Поволжья…

Я был в руках ЦЕЙССА проводником его националистической политики, его пангерманской линии, которая в свою очередь характеризовалась тем, что он немецкую культуру неразрывно связывал с принципами германской государственности"…
(л.д. 169, 173, 174, 175).

     Практическая преступная деятельность обвиняемых как это установлено следствием велась по двум линиям:

     1) по линии обеспечения германского националистического влияния (в противовес советскому) на широкие массы немецкого населения в Поволжье, путем воспитания детей немецких колонистов и кадров, подготовляемых для работы в немколониях в качестве учителей и культработников, в националистическом германском духе;

     2) по линии представления как германской националистической прессе, так и представителям разведывательных и белоэмигрантских организаций сведений и информации о политическом, экономическом и культурном положении АССР НП и вообще немцев в Поволжье, как путем устных информаций, так и путем систематического корреспондирования в германской националистической прессе.

     Базой для осуществления к-р деятельности по первой линии являлись Покровский Немпединститут, немецкое отделение Саратовского Госуниверситета и немецкие школы в Саратове.

     Во главе Немпединститута стояли профессора ДИНГЕС и СЫНОПАЛОВ.

     Еще до открытия пединститута, ЦЕЙСС, дабы обеспечить в нем полностью германское националистическое влияние, поставил перед ДИНГЕСОМ вопрос о приглашении из Германии для работы нескольких германских профессоров. На открытие же института, вопреки постановления правительственной комиссии АССР НП не приглашать из Германии ученых, ДИНГЕС, по категорическому предложению ЦЕЙССА, вызвал из Германии профессора ЦИЗЕМЕРА, который прибыл в Покровск и выступал на открытии с речью.

     Показание обвиняемого ДИНГЕСА:

"…По плану развертывания работ Пединститута я говорил с ЦЕЙССОМ и при этом сообщил ему, что уже сделано в этом направлении и что предполагается сделать, ЦЕЙСС при этом высказал мысль о желательности приглашения научно-преподавательских сил из Германии для естественно-научных отделений Немпединститута…

     и   д а л е е:

"…В конце декабря 1929 г., когда я был в Москве с докладом о состоянии Института, ЦЕЙСС телеграфировал мне в Саратов о приглашении на открытие Института профессора из Кенигсберга ЦИЗЕМЕРА. Жена протелеграфировала мне в Москву поговорить по телефону с ЦЕЙССОМ. Я, после получения телеграммы, позвонил ему, он поднял вопрос о приглашении ЦИЗЕМЕРА… Я ответил, что комиссия по открытию решила иностранных представителей на открытие не приглашать. ЦЕЙСС, несмотря на то, настаивал на приглашении ЦИЗЕМЕРА и желал в связи с этим, видеть т. ШВАБА [Schwab] [42]. Впоследствии я написал и отослал письмо, согласовав его предварительно с ШВАБОМ с извещением профессора ЦИЗЕМЕРА, что тогда-то состоится открытие Института. ЦИЗЕМЕР на открытие приехал"…
(л.д. 5, 98).

     Преподавательский состав в пединститут был подобран ДИНГЕСОМ и СЫНОПАЛОВЫМ и представлял из себя (профессор археологии РАУ, профессор КРОГИУС [Krogius] [43], проф. ШТАУБ [Staub] [44] и др.) полную идентичность, как по идеологии, так и по связям с зарубежом, ДИНГЕСУ-СЫНОПАЛОВУ.

     Названным руководством Пединститута при непосредственной помощи ЦЕЙССА и ИОНАСА укомплектовывалась библиотека Института в значительном количестве идеологически вредной к-р литературой и пособиями (произведения НОСКЕ, ШЕЙДЕМАНА, АДЛЕРА, ОТТО БАУЭРА, МАРТИНА ЛЮТЕРА и даже ГИНДЕНБУРГА), причем на приобретение ее расходовались значительные суммы в валюте. Литература же марксистская была в крайне недостаточном ограниченном количестве.

     В преподавании применялись методы двоякого рода: высмеивание, ирония в отношении советской мысли и внедрение взглядов о превосходстве германской науки и мысли, одновременно указывалось на нежелательность применения марксистских методов в преподавании и понимании изучаемых предметов.

     В итоге деятельности группы ДИНГЕСА, СЫНОПАЛОВА, РАУ, партийной организацией Немреспублики и советской общественностью положение в Пединституте было охарактеризовано как "сынопаловщина", что в двух словах значит игнорирование всего революционного и культивирование всего реакционного и антисоветского.

     Показания свидетеля БАУМАНА:

"…Охарактеризовать его могу как немецкого шовиниста, анти-марксиста, ДИНГЕС в процессе своей преподавательской работы неоднократно показал себя именно таким. При преподавании пользуется он почти исключительно источниками явно анти-марксистскими, причем он не считает нужным дать марксистскую оценку этих источников. Тон ДИНГЕСА таков: "наше внимание при изучении немецкого языка, истории и развитии литературы должно быть обращено исключительно на германские источники, так, как они нам предоставлены в оригинале, т.е. без марксистской критики." ДИНГЕС помимо того, что принимает и преподает все не в марксистском, а буржуазном освещении, часто проявляет известную иронию в отношении тех литературных достижений, которые имеются у нас в СССР, в частности у немцев, проживающих в совгосударстве"…
(л.д. 118).

     Показания свидетеля ДРИЕРА:

"…Комплектированная библиотека при Немпединституте в г. Покровске, в которой принимал активное участие ДИНГЕС, говорит о том, что он преследует цели совершенно не революционные, а консервативного, национал-шовинистического порядка. В этой библиотеке имеется значительное количество книг, дающих сведения из области истории немецкого народа, истории германской культуры и т.д., в то время когда литература революционная, марксистская или выражающая мысли прогрессивных людей представлена в весьма незначительном размере"…
(л.д. 109).

     Выдержка из "выводов правительственной комиссии АСРР НП по обследованию Немпединститута":

"…вся фактическая работа по организации института, подбору личного состава, приобретению имущества и учебного оборудования и пособий лежала на профессорах ДИНГЕСЕ и СЫНОПАЛОВЕ. Благодаря этому и при отсутствии достаточного контроля со стороны директора и партчасти института идеологическая нам чуждая профессура имела свободу действий и имелись все предпосылки к внедрению в умы слушателей чуждой нам идеологии. Подбор преподавательского состава был неудовлетворителен, а некоторые предметы, как то: истмат, политэкономия, история Запада фактически не замещались и не преподавались"…
(л.д. 224).

     Выдержки из статей члена Обкома ВКП(б) ЕРЕМЕЕВА и вновь назначенного директора Института, члена ВКП(б) ПАУЛЬ [Horst-Paul] [45], опубликованных в газете "Трудовая Правда" от 2/VIII-1930 г.:

"…Как могло случиться, что два весьма сомнительных "ученых", СЫНОПАЛОВ и РАУ, во главе с буржуазно-археологическим профессором ДИНГЕСОМ могли получить в свое безраздельное владение Немецкий педагогический институт? Как могли доверить буржуазным агентам готовить немецких педагогов не только для Немреспублики, но и для всего СССР, когда политическая физиономия этой буржуазной троицы была достаточно очевидна? Как могло случиться, что валютный фонд был использован классовым врагом для занятия пединститута библейскими и контрреволюционными учебными пособиями, антикварной пылью германских лавочников и патеров"… (ЕРЕМЕЕВ).

"…СЫНОПАЛОВЩИНА сделала Немпединститут плацдармом узкой корпорации реакционных буржуазных "ученых". Библиотека строго оберегалась от МАРКСА, ЛЕНИНА, ПЛЕХАНОВА и другой марксистской литературы"… (ПАУЛЬ).
(л.д. 247).

     В немецком отделении Саратовского Госуниверситета, руководимом ДИНГЕСОМ, осуществлялась та же к-р националистическая практика, что и в пединституте АССР НП. Преподавание велось теми же методами, библиотека Отделения комплектовалась вредной идеологически литературой с помощью того же разведчика ЦЕЙССА.

     Показания свидетеля КАССАНДРОВОЙ:

"…Атмосфера в немецком отделении Саруниверситета была не только создана, но безусловно одобрена и поддержана ДИНГЕСОМ и другими лицами из преподавательского состава. Обычно на уроках ДИНГЕСА обсуждались литературные темы, давалась оценка литературных трудов и самих авторов этих произведений без указания на те экономические, общественные и политические предпосылки, продуктами которых являлись пророчества тех или иных авторов… В немецком отделении господствовало пассивное отношение студенческой массы к общественной и политической работе, наоборот, глубоко реакционные, религиозные взгляды некоторых студентов были известны нам всем, в том числе и ДИНГЕСУ. Когда я рассказывала ДИНГЕСУ о том, что в немецкой школе девятилетке наблюдается известный приток в комсомол и что в этом деле я содействую поднятию политзнания ребят, он выразился: "Вы портите нам наших ребят"…
(л.д. 114).

     Показания обвиняемого ЗИННЕРА:

"…Кроме того ЦЕЙСС снабжал меня разного рода литературой, в числе которой была в первую очередь тенденциозно-националистическая немецкая литература. ЦЕЙСС наряду с этим использовал меня как передаточное лицо по снабжению разной литературой библиотеки Саратовского университета, где я был лектором, а также в этом деле частично использовал и профессора ДИНГЕСА, являющегося органическим немцем германофилом, тоже вовлеченным в пангерманскую работу ЦЕЙССОМ"…
(л.д. 55).

     Показания обвиняемого ДИНГЕСА:

"…От Института периодически получал их журнал "Дер Аусландсдейтче" и "Прессе-корреспонденц" [46]. Это учреждение считает меня своим членом и прислало мне членский билет. Насколько мне известно, это учреждение с одной стороны научно-исследовательское, а с другой стороны занимающееся национальной пропагандой"…

"ЦЕЙСС впоследствии от себя неоднократно присылал для Кабинета разнообразную немецкую литературу, по своему характеру, за малым исключением, не имевшую прямого отношения к Кабинету"…

Мною совместно с Б.Я. ГЕЙМАНОМ [Heimann] [47] (если мне память не изменяет) был составлен список необходимой Кабинету научной литературы (преимущественно монографии), который был официально отправлен ЦИЗЕМЕРУ через декана педфака, за подписью декана. В течение лета 1929 г. эти книги Кенигсбергским университетом были пересланы почтой в мой адрес. Незначительная часть книг была занесена в инвентарь Кабинета германской филологии Университета.

По линии пополнения библиотеки музея литературой по его специальности была небольшая переписка с доктором ИОНАСОМ (секретарем Общества по изучению Восточной Европы). ИОНАСА я видел один раз во время поездки в автомобиле в Марксштадт, где последний осматривал музей. В этой поездке принимали участие А.П. ШНЕЙДЕР [Schneider] [48], доктор ИОНАС и я. ИОНАС предложил, не помню во время ли поездки устно, или впоследствии письменно, составить список на нужную музею археологическую и этнографическую литературу с тем, чтобы "Общество по изучению Восточной Европы" прислало бы эти книги музею в порядке культурного сотрудничества между означенным обществом и АССР НП. Небольшие списки по этнографии и археологии были составлены мною и П.Д. РАУ и отправлены этому Обществу"…
(л.д. 97, 98, 99, 140, 141).

     О группировании в Саратовской немшколе вокруг ЗИННЕРА единомышленников, националистической и религиозной их воспитательной работе ПОКАЗЫВАЮТ:

     Свидетель МАТЕРН:

"…ЗИННЕР принимал деятельное участие в организации немецкой школы I и II ступени и немецкого детдома, также немецких курсов в Саратове, причем он вел явно религиозное воспитание в школах и детдоме. Сам он состоял зам[естителем] председателя церковного совета и в то же время зам[естителем] зав[едующего] школы II ступени, зав[едующий] школы II ст. КОНСТАНЦ [Konstanz] [49] был в то же время председ[ателем] церковного совета. Состав педагогов подбирали также сознательно, жена умершего пастора ЛАНКАУ [Lankau] [50], дочери пастора МЕЛЬМАНА [?], дочери пастора ЗЕЙБА [Seib] [51], секретарь церковного совета ЭРН, сестра пастора КЛЮКА [Kluck] [52] - все работали здесь. Тогда как лица, явно стоящие на советской точке зрения, не принимались в школах"…
(л.д. 236).

     Показание обвиняемого ДИНГЕСА:

"…О ЗИННЕРЕ мне известно следующее:

1. Со слов преподавательницы немецкой Саратовской школы КАССАНДРОВОЙ, ЗИННЕР, будучи преподавателем обществоведения в немецкой школе, преподавал обществоведение в несоветском духе и не с точки зрения исторического материализма.

2. В своем очерке "История поволжских немцев" [53], вышедшем в 1923 г., ЗИННЕР замалчивает роль Союза немцев-социалистов, стоящего на советской платформе, в деле организации автономии поволжских немцев и выпячивает роль Приволжского съезда немцев-земцев [54] в этом деле"…
(л.д. 106).

     Показание свидетеля КАССАНДРОВОЙ:

"…Бывш[ий] ученик немецкой школы РОТЕРМЕЛЬ (в настоящее время учитель в с. Норке, Бальцерского кантона АССР НП) рассказывал мне, что в 1926-27 учебном году под руководством ЗИННЕРА кружок учеников составил написанный от руки журнал, в котором были помещены статьи и стихотворения, написанные в духе германского шовинизма и консерватизма"…
(л.д. 115).

     Передача сведений о Немреспублике германским заинтересованным националистическим организациям и разведчику ЦЕЙССУ осуществлялась путем: устной информации обвиняемых ЦЕЙССА, ЦИЗЕММЕРА, КЛЕЙНОВА, ИОНАСА и др., путем высылки письменных материалов для напечатания в националистических изданиях за рубежом и путем предоставления, главным образом ЦЕЙССУ, официальных изданий советских органов об экономическом положении и материалов краеведения.

     Показание обвиняемого ЗИННЕРА:

"…ЦЕЙСС дал мне в 1923 г. номер журнала "Аусландсдейтче", с тех пор журнал стал ко мне приходить периодически, который я получал по рекомендации ЦЕЙССА бесплатно. ЦЕЙСС мне неоднократно предлагал сотрудничать в этом журнале и направлять туда свои статьи. Печатался я там ряд лет до 1928 г. Помещал там статьи бытового характера и по истории культуры Республики немцев Поволжья. Соответственно с этим имел переписку, которая ко мне шла за подписями: РЮДИГЕРА [Rüdiger] [55], ШОТЛЕНДЕРА [?] и др. Были документы и за подписью председателя Института ВАННЕРА [Wanner] [56]. Я теперь ясно осознаю, что эта организация занимается антисоветской и националистической работой…

"… "Ферейн дер Аусландсдейтчен" через ЦЕЙССА и непосредственно пытался завязать со мной связь, однако последняя не получила той формы, которая была присуща в отношении Штутгартского института, хотя у меня с председателем этого "Ферейна", профессором ВЕБЕРОМ, имела место переписка. По его просьбе я ему послал два литературных произведения"… "Центральный институт воспитания и обучения" издал мою книгу "Страна на Волге", с изложением бытовых особенностей немцев-колонистов, а также наряду с этим помещал там ряд статей о строительстве немецких школ на Волге, о немецких школах в Ленинграде"…

     и   д а л е е:

"…ЦЕЙСС просил меня собирать для него материалы "по неметчеству" [Deutschtum], т.е. по истории немцев Поволжья и о состоянии республики немцев - АССР НП. Особенно он настаивал, чтобы я давал материалы для Штутгартского института по истории нем[ецких] колоний в Ленинграде и по школьному делу (последней просьбы я не выполнил)"…
(л.д. 53, 54, 55).

     Обвиняемый ДИНГЕС показал:

"… "Дейчес Аусландсинститут" в Штутгарте просил дать статьи по научно-культурной жизни Немреспублики. В 1925 г. послал краткую информацию о деятельности Бюро по изучению диалектов"…

     и   д а л е е:

"…С 1929 г., с момента занятия мною кафедры западно-европейской литературы, ЦЕЙСС стал ко мне проявлять больший интерес, нежели раньше. Бывая в Саратове, он всегда встречался со мной, был очень внимателен и любезен, проявлял особенный интерес к немецкому Отделению, которым я заведовал в университете. Для Кабинета западной литературы, в целях обслуживания упомянутого отделения при его посредстве был получен дар научно-ценных книг от "Нотгемайншафт дер Дейчен Висссеншафт" [57], пересланный через ВОКС [58], взамен которого я ЦЕЙССУ от Кабинета выслал [для] "Нотгемайншафт" [Notgemeinschaft der deutschen Wissenschaft] работу ЖИРМУНСКОГО "Прантано" [59] и несколько комплектов журнала Немреспублики "Унзере Виртшафт - Наше Хозяйство" [Unsere Wirtschaft] и несколько экземпляров альманаха "Байтреге Цур Хайматкунде" (материалы по краеведению) [Beiträge zur Heimatkunde des deutschen Wolgagebiets]" [60]…

     и   д а л е е:

"…НЕ отрицаю возможности того, что ЦЕЙСС мог получить или получал от меня информацию о состоянии Немреспублики или желательных для [него] сведений по национальному строительству Республики"…
(л.д. 97, 98, 173).

     Обвиняемые ДИНГЕС, ЗИННЕР, СЫНОПАЛОВ, также как (осужденные по другим делам) БЕНИНГ, БАУМТРОГ, ЭРБЕС и др. и не привлеченные еще к ответственности - проф. ЛОНЗИНГЕР [Lonsinger] [61], КРОГИУС, ВОРМС [Worms] [62] и др., связанные между собою общностью политических и кастовых интересов, являлись звеньями одной и той же цепи, возникшей в НВКрае при непосредственном участии национал-фашистских организаций Германии и, в частности, германского разведчика ЦЕЙССА.

     На основании ВЫШЕИЗЛОЖЕННОГО ОБВИНЯЮТСЯ:

1. ДИНГЕС, Георгий Генрихович, 1891 г. рождения, уроженец села Блюменфельд, Палласовского кантона, АССР НП, житель г. Саратова, из семьи помещика (отец его имел 500 десятин земли), по национальности немец, гр[аждани]н СССР, женат, семья состоит из 6-ти человек, беспартийный, неимущий, образование высшее, окончил Московский университет, профессор. В 1924 г. ездил в Германию в научную командировку, где находился три месяца.

В 1918 г. был членом союза (меньшевистского) немцев социалистов Поволжья [Verband der deutschen Sozialisten an der Wolga].

2. ЗИННЕР, Петр Иванович, 1879 г. рождения, уроженец с. Шиллинг, АССР НП, в последнее время проживающий в г. Ленинграде, по национальности немец, гр-н СССР, из крестьян, женат, семья состоит из 5 человек, беспартийный, неимущий, по профессии лектор-преподаватель, с высшим образованием. С 1920 г. по 1927 г. [работал] преподавателем в Саратовской немшколе и Саргосуниверситете, а с 1927 г. до 1930 г. - преподавателем в Ленинградском институте промышленности и труда. В 1923 г. был арестован ГПУ Р[еспублики]Н[емцев]П[оволжья] по обвинению в к-р шпионской деятельности, находился под стражей 2 месяца, дело прекращено.

     В  ТОМ,

     а) что, будучи враждебными Соввласти и связанными с германскими националистическими организациями "Аусландсдейтчен", "Волгадейтчен", "Остойропа", являлись активными проводниками последних в к-р националистической деятельности, направленной к внедрению германского националистического влияния среди немецкого населения НВКрая;

     б) что, возглавляя Пединститут в Немреспублике, Немотделение в Саратовском госуниверситете и немецкую Саратовскую школу, использовали последние для внедрения в сознание учащихся, будущих культурных и научных работников СССР, националистических буржуазных идей, в целях распространения германского влияния внутри СССР;

     в) что активно содействовали в шпионской деятельности в НВК германскому разведчику ЦЕЙССУ и германской националистической разведывательной организации "Аусландсдейтчен", представляя нужные им, разведывательного характера, сведения об АССР НП и НВКрае,

     т.е. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-4, 58-6 УК.

     ДИНГЕС и ЗИННЕР виновными себя признали в антисоветской националистической деятельности и содействии ЦЕЙССУ и националистическим организациям Германии в получении интересующих их данных культурно-бытового характера АССР НП и НВКрая. Разоблачаются также показаниями ДРЕЕРА, БАУМАНА, КАССАНДРОВОЙ и МАТЕРНА.

3. СЫНОПАЛОВ, Анатолий Константинович, 1885 г. рождения, уроженец г. Ревель (Эстония), русский, гражданин СССР, происходит из семьи чиновника, женат, семья состоит из 3-х чел., педагог, профессор, образование высшее, окончил Гейдельбергский и Дерптский университеты, беспартийный, неимущий, мать является домовладелицей в г. Ревеле.

С 1912 г. по 1917 г. служил преподавателем в г.г. Ревеле [Таллинне] и Дерпте [сегодня: г. Тарту в Эстонии], с 1917 г. по 1928 г. - профессором-проректором в Крымском педагогическом институте, с 1928 до 1930 г. - профессором-проректором Немпединститута г. Покровска, а с 1930 г. до момента ареста был преподавателем в Институте аспирантуры при с/х академии г. Москвы.

Со слов несудим.

     В  ТОМ,

     а) что, будучи враждебно настроенным к Соввласти и являясь германофилом, совместно с обвиняемым ДИНГЕСОМ, использовал возглавляемый Пединститут в АССР НП для внедрения в сознание учащихся, будущих культурных и научных работников СССР, пангерманских идей, в целях распространения германского влияния внутри СССР,

     т.е. в преступлениях, предусмотренных ст. 58-4 УК.

     СЫНОПАЛОВ виновным себя не признал. Разоблачается показаниями свидетеля ЩЕДРИКА и обвиняемого ДИНГЕСА.

     На основании изложенного -

П О Л А Г А Л   Б Ы:

     Следдело № 6698, согласовав с крайпрокурором НВК, направить для внесудебного рассмотрения Коллегии ОГПУ.

Составлено 10 октября 1931 г.

НАЧАЛЬНИК 1 ОТДЕЛЕНИЯ О[СОБОГО]О[ТДЕЛА]               (ШТЮРМЕР)

СОГЛАСЕН: ПОМ. НАЧ. ОСОБОГО ОТДЕЛА                           (ЛИСИЦИН)

УТВЕРЖДАЮ: НАЧАЛЬНИК СОУ ПП ОГПУ НВК [63]               (КИЯКОВСКИЙ)

ИЛЛЮСТРАЦИОННЫЙ МАТЕРИАЛ

Тюремное фото проф. Георга Дингеса, 1930 г.	Проф. Вальтер Циземер, Кенигсберг.
Проф. Ганс Цейсс, Берлин.	Тюремное фото Алозия Каппеса, католического священника, 1930 г.
Проф. Владимир Вормс, Саратов. (http://museum.sgu.ru/museum/professor.jsp?id=419)

---

Участники Русской исторической недели в Берлине
(Russische Historikerwoche in Berlin), 7-14 июля 1928 г.

Кликните фото, чтобы открыть увеличенное изображение.

---

Главный корпус Немецкого педагогического института, Энгельс, 1938 г.

Кликните фото, чтобы открыть статью о Немецком педагогическом институте.

---

БИОГРАФИИ

ДИНГЕС (Dinges) Георгий Генрихович

ЗИННЕР (Sinner) Петр

РАУ (Rau) Павел Давидович

Примечания

[*] На первом листе от руки сделана запись: "С направлением дела для рассмотрения во внесудебным порядке ОК (?) ОГПУ [официальное название внесудебного органа: Особое Совещание при Коллегии ОГПУ] согласен". Штемпель (Ст. неразб... Наблюд. за Органами О.Г.П.У. по Н.-В. Краю). Подпись. 29 октября 1931 года.

[1] Полномочное представительство ОГПУ по Нижневолжскому краю.

[2] БАУМТРОГ Августин Иванович (Baumtrog, Augustinus, *1883 - †1937), уроженец села Кустарева-Краснорыновка (Ней-Колония), католический священник. С 1926 г. Апостольский администратор (Apostolischer Administrator) Тираспольской епархии в районе Поволжья с резиденцией в Саратове. 13 августа 1930 г. арестован по групповому процессу немецкого католического духовенства АССР НП. Постановлением Коллегии ОГРУ осужден, как "руководитель контр-революционной фашистской организации", по ст.ст. 58-2, 4, 6, 10, 68-6 УК РСФСР к высшей мере наказания (ВМН) - расстрелу, затем "помилован" к 10 годам ИТЛ. Умер в заключении на острове Соловки.

[3] КАППЕС Алозий (Алексей) Николаевич (Kappes, Aloysius, *1885 - †1937), уроженец села Тонкошуровка (Mariental), католический священник. Арестован в Харькове 14 июля 1930 г. по групповому делу немецкого католического духовенства АССР НП. 20 апреля 1931 г. по Постановлению Коллегии ОГПУ осужден по ст.ст. 58-2, 4, 6, 10 и 11 УК РСФСР к ВМН с заменой на 10 лет ИТЛ. В 1937 г., находясь в заключении, вновь арестован и после короткого процесса расстрелян 1 ноября 1937 г. (Фото)

[4] ЭРБЕС Иоганнес (Erbes, Johannes, *1868 - † 1932), лютеранский пастор, уроженец с. Денгоф (Dönhof). С 1902 по 1930 - пастор в с. Куккус (Kukkus) в республике Немцев Поволжья, в 1930 г. арестован, умер в Семипалатинске.

[5] ГАРФ (ГАРФФ или ХАРФ) Отто Генрих (Harff, Otto Heinrich, *1872 - † после 1931), лют. пастор в селах Гнаденфлюр (Gnadenflur), Розенберг (Rosenberg) и Куккус (Kukkus) республики Немцев Поволжья, арестован в 1931 г. и сослан в Семипалатинск.

[6] ВАГНЕР Христифрид Мартынович (Wagner, Christfried, *1897 - † после 1937), лют. пастор, уроженец ст. Чудово Новгородской губернии, с 1922 по 1926 кюстер лютеранской церкви в Ленинграде. С февраля 1926 г. пастор прихода св. Марии в г. Саратов. Арестован 2 октября 1930 г., осужден Коллегией ОГПУ 20 мая 1931 г. за антисоветскую агитацию к 5 годам лишения свободы. Досрочно освобожден, но 27 июля 1937 г. снова был арестован.

[7] БЕНИНГ Арвид Либорьевич (Behning, Arvid, *1890 - †1943), известный зоолог и гидробиолог, родился в немецкой колонии Галка (Galka) в семье пастора. Осенью 1908 г. поступил в Лейпцигский университет. Во время обучения работал в 1910 году на гидробиологической станции в Южной Австрии. В 1911 году получил степень доктора философии. Профессор, с апреля 1912 директор Саратовской биологической станции. 14 декабря 1930 г. был арестован и постановлением коллегии ОГПУ от 30 апреля 1931 г. осужден к ВМН с заменой на 10 лет лишения свободы за участие в к-р организации. В 1941 г. вновь арестован и осужден. Умер в тюремном госпитале в Ташкенте 6 августа 1943 г.

[8] По всей вероятности здесь идет речь об Иоганне Гроссе (Johannes Groß, *1876 - † после 1931), нотариусе из Марксштадта (Marxstadt), участнике съезда немцев-земцев (Warenburger Konferenz deutscher Landschaftsabgeordneten), проходившего 24-27 февраля 1918 г. в колонии Варенбург (Привальное). Член делегации, которая должна была добиваться в апреле 1918 г. в Москве автономии для немцев Поволжья. Арестован 2 августа 1930 г. и 20 мая 1931 г. осужден за антисоветскую агитацию к 5 годам поселения, см.: Victor Herdt (Hrsg.): Zwischen Revolution und Autonomie. Dokumente zur Geschichte der Wolgadeutschen aus den Jahren 1917 und 1918. Köln 2000, S. 497.

[9] Имеется ввиду всё, что связано с "Немецким обществом изучения Восточной Европы" (Deutsche Gesellschaft zum Studium Osteuropas), издававшим с 1925 г. журнал "Osteuropa", в котором публиковалось значительное число статей об актуальном политическом и экономическом положении в Советском Союзе и, в частности в АССР немцев Поволжья. С конца 1920-х гг. публикации в нем стали носить все более критический характер.

[10] Не совсем понятно, что подразумевалось под понятием "Аусландсдейтчен" ("Auslandsdeutschen"). Видимо, имелась ввиду некая смесь различных общественных организаций и органов прессы, которые занимались немецкоговорящими меньшинствами за пределами границ рейха 1937 г. Одним из таких был "Verein für das Deutschtum im Ausland e.V." (VDA) [Союз по поддержке немецких меньшинств за рубежом], другим - основанный в 1917 г. в Штутгарте Deutsche Ausland-Institut (DAI) [Немецкий Зарубежный Институт (по связям с немецкими меньшинствами за рубежом)] и его журнал "Der Auslandsdeutsche - Halbmonatsschrift für Auslandsdeutschtum und Auslandskunde" (Зарубежный немец - Двухнедельный журнал о зарубежных немцах и о страноведении). В данном органе печати Петер Зиннер публиковал множество своих статей. О DAI подробно см.: Ernst Ritter: Das Deutsche Ausland-Institut in Stuttgart 1917-1945. Ein Beispiel deutscher Volkstumsarbeit. Wiesbaden 1975.

[11] "Verein der Wolgadeutschen" (Союз немцев Поволжья) был образован 28 апреля 1919 г. в Берлине несколькими десятками эмигрантов из Поволжья.

[12] ЦЕЙСС Ганс (Zeiss, Hans, *1888 - †1949), немецкий гигиенист, с 1921 г. принимал участие в деятельности Немецкого Красного Креста (Deutsches Rotes Kreuz - ДРК) по организации помощи голодающимв России. В течение ряда лет возглавлял Центральную бактереологическую лабораторию ДРК в Москве, потом с 1925 по 1932 гг. руководил отделом в Государственном контрольном институте противоинфекционных препаратов им. Л. А. Тарасевича в Москве. Одновременно выполнял "культурно-политические поручения Министерства иностранных дел Германии", проявляя живой интерес к истории немецкого меньшинства, в частности немцев Поволжья, и поддерживая многочисленные контакты с выдающимися личностями из их среды. В атмосфере участившихся преследований буржуазных специалистов и усиливающейся шпиономании Цейсс был заподозрен во "вражеской активности" и поэтому должен был в феврале 1932 г. вернуться в Германию. Там он возглавил с ноября 1933 г. кафедру гигиены Фридрих-Вильгельмс-Университета в Берлине (переименованного в 1949 г. в университет им. Гумбольдта) [Friedrich-Wilhelms-Universität, ab 1949 in die Humboldt-Universität zu Berlin umbenannt]. После окончания войны он попал в советский плен, был осужден и умер в 1949 г. во Владимире. Подробнее см.: Sabine Schleiermacher: Der Hygieniker Heinz Zeiss und sein Konzept der "Geomedizin des Ostraumes", in: Die Berliner Universität in der NS-Zeit. Band II: Fachbereiche und Fakultäten. Stuttgart 2005, S. 17-34. (Фото)

[13] КЛЕЙНОВ Георг (Cleinow, Georg, *1873 - †1936), историк, экономист и публицист. После 1918 г. был доцентом Института политики [Hochschule für Politik] в Берлине у Фридриха Наумана (Friedrich Naumann). В 1909-1920 гг. издавал еженедельник "Die Grenzboten", c 1922 г. неоднократно бывал в Москве и часто публиковал обстоятельные статьи о России и СССР в ежедневных газетах и научных журналах. С 1926 г. доцент Политической школы [Schule für Politik] в Берлине и руководитель её "Евразийского семинара". Приблизительно с 1930 г. занял очень критическую позицию в отношении Советского Союза: Gerd Voigt: Rußland in der deutschen Geschichtsschreibung. 1843-1945. Berlin 1994, S. 156.

[14] АУХАГЕН Отто (Auhagen, Otto, *1869 - †1945), с 1906 г. профессор Берлинской сельскохозяйственной академии (Landwirtschaftliche Hochschule Berlin), в 1927-1930 гг. атташе по сельскому хозяйству германского посольства в Москве, возглавлял позднее три года директор Института Восточной Европы в Бреслау (Osteuropa-Institut in Breslau), весьма раздражал московские власти своей острой критикой сталинской коллективизации и культурной революции. В центральных органах прессы, таких как "Правда" и "Известия", его оговаривали как "кулацкого идеолога с дипломатическим паспортом", который якобы настраивал крестьян из среды российских немцев против политики правительства и разжигал в их среде эмиграционные настроения. Из-за его участия в так называемой "колонистской афере" (речь идет о протесте немецких крестьян против насильственной коллективизации, выразившейся в попытке массовой эмиграции в конце 1929 г., которая привлекла внимание мировой общественности) Аухаген был освобожден по настоянию советской стороны от своих дипломатических обязанностей.

[15] ШИЛЛЕР Отто (Schiller, Otto, *1901 - †1970), д-р, экономист-агроном и компетентный специалист по советскому сельскому хозяйству, в 1924-1929 гг. (?) руководил работами по семеноводству и опытным хозяйством в концессионном имении Чижова под Саратовом и в концессии DRUSAG (Deutsch-Russische Saatbau Aktiengesellschaft) на Северном Кавказе. Некоторое время являлся сотрудником Кенигсбергского "Института экономики России и восточных государств" (Wirtschaftsinstitut für Rußland und die Oststaaten), а с 1931 г. стал преемником Аухагена на посту атташе по сельскому хозяйству германского посольства в Москве.

[16] ЙОНАС Ганс (Jonas, Hans, *1883 - † после 1931), изучал историю и национальную экономику. С 1915 г. находился в русском плену и вернулся в Берлин лишь в 1921 г. С 1922 г. по 1930 г. являлся генеральным секретарем "Немецкого общества по изучению Восточной Европы" (Deutschen Gesellschaft zum Studium Osteuropas). С 1925 г. он также принимал участие в руководстве Кенигсбергского Института экономики.

[17] ШМИДТ-ОТТ Фридрих (Schmidt-Ott, Friedrich, *1860 - †1956) - немецкий государственный деятель, юрист, правовед. На государственной службе с 1888, в 1910-1918 занимал министерские посты в Пруссии, затем в Германии, в 1920-1934 - президент "Общества содействия немецкой науке" (Notgemeinschaft der deutschen Wissenschaft), был так же председателем "Общества по изучению Восточной Европы".

[18] ЦИЗЕМЕР Вальтер (Ziesemer, Walter, *1882 - †1951), профессор немецкого языка и литературы в Кенигсбергском университете и руководитель проекта по составлению словаря прусского диалекта (Das preußischen Wörterbuch). На почве интереса к нижне-прусскому наречию, которое встречалось в менонитских и соседних с ними селениях Республики немцев Поволжья, он завязал контакт с Георгом Дингесом и встречался с ним несколько раз, см.: Wladimir Manykin: Professor Walter Ziesemer in Saratow, in: Jahrbuch für deutsche Volkskunde, Band 35, 1992, S. 121-127. (Фото)

[19] Скорее всего здесь идет речь о Пауле ШЕФЕРЕ (Paul Scheffer), первом постоянном представителе прессы отдельной немецкой газеты (Berliner Tageblatt) в Москве после Рапалльского договора. Его критические корреспонденции, в частности о показательных процессах против буржуазных специалистов, привели в конце концов к лишению его аккредитации в ноябре 1929 г. Его дело даже обсуждалось 27 декабря 1928 г. на Политбюро ЦК большевистской партии.

[20] Речь идет, вероятно, о Фридрихе Вильгельме САЛЕТЕ (Friedrich Wilhelm Sallet, *1859 - †1932), являвшимся с 1903 г. по 1932 г. редактором и издателем газеты "Dakota Freie Presse". Подробнее о нём и газете см.: La Vern J. Rippley: F.W. Sallet and the Dakota Freie Presse, in: North Dakota History, volume 59, number 4, 1992, P. 2-20.

[21] "Die Welt-Post" - газета российских немцев, эмигрировавших в США, которая выходила на немецком языке в 1916-1982 гг. в г. Линкольн (Lincoln, штат Небраска). Она подробно писала о немецких поселениях в России / СССР.

[22] "Dakota Freie Presse" - орган печати, главным образом, поволжско-немецких эмигрантов в Соединенные Штаты, выходил в 1874-1954 гг. на немецком языке сначала в г. Янктон (Yankton, Южная Дакота), позже в г. Бисмарк (Bismarck, Северная Дакота). Газета сообщала подробно о положении немцев в Советском Союзе и была очень популярна в немецких колониях России и СССР (в частности, благодаря публикациям многочисленных писем читателей), пока её ввоз и распространение не были запрещены в конце 20-х годов.

[23] Вероятно, речь идет о Якобе ФОЛЬЦЕ (Jacob Volz), представителе "Американского общества помощи Поволжью" ("American Volga Relief Society", Lincoln / USA) в Саратове, которое во время борьбы с голодом в поволжко-немецких селах в 1921-22 гг. очень тесно сотрудничало с американской организацией помощи ARA (American Relief Administration). Фольц встречался в 1922 г. с Зиннером в его родном селе Шиллинг, а также в Саратове. Впрочем, уже тогда сотрудники иностранных гуманитарных организаций обвинялись с советской стороны в шпионской и вредительской деятельности, на что даже руководитель ЧК, Феликс Дзержинский, указывал как на преувеличение: Markus Wehner: Bauernpolitik im proletarischen Staat. Die Bauernfrage als zentrales Problem der sowjetischen Innenpolitik 1921-1928. Köln etc. 1998, S. 74.

[24] ФИШЕР Отто (Fischer, Otto) был в начале 1920-х гг. ответственным представителем экспедиции Немецкого Красного Креста (ДРК) в России, Саратовское отделение. В январе 1923 г. врач д-р Фишер был приглашен Правительством Области немцев Поволжья - которая в начале 1924 г. была провозглашена автономной республикой - на борьбу с малярией. Однако, уже в сентябре 1924 г. все сотрудники ДРК вынуждены были покинуть Советский Союз, см., например: Otto Fischer: Die Bedeutung der Malaria für das deutsche Gebiet an der Wolga und die Maßnahmen zu ihrer Bekämpfung, in: Wolgadeutsche Monatshefte, Jg. 2 (1923), Nr. 7/8, S. 97-98; Nr. 9/10, S. 127-128.

[25] Советские органы власти позволили в начале 1920-х гг. "Союзу немцев Поволжья" (Verein der Wolgadeutschen) организовывать в Саратове пункты для координации активизации помощи со стороны эмигрантских организаций из Северной Америки и Германии под руководством Фридриха ЛОРЕША (Friedrich Loresch), см.: Matthias Hagin: Die Hungersnot in den wolgadeutschen Kolonien 1920-24 und die Hilfsleistungen der wolgadeutschen Vereinigungen und anderer Organisationen in Deutschland und Amerika, in: Heimatbuch der Deutschen aus Rußland 1973-1981. Stuttgart o. J., S. 56-95.

[26] "Wolgadeutsche Monatshefte" (Ежемесячник немцев Поволжья) выходили в 1922-1925 гг. и влились затем в журнал "Deutsches Leben in Rußland" (Немецкая жизнь в России), см. об этом подробнее: Martin Schmidt, Wolgadeutsche Emigranten im Deutschen Reich zwischen 1917 und 1933. Ihre Organisationen, Publikationen und der Stellenwert der Wolgakolonien für die deutsch-russischen Beziehungen. Magisterarbeit, Maschinendruck. Freiburg 1992, S. 102 ff.

[27] С июня 1922 г. по начало 1925 г. выходил журнал "Der Wolgadeutsche - Unabhängige Wochenschrift für die kulturelle und wirtschaftliche Förderung des Wolgadeutschtums", который в первую очередь представлял интересы католической части поволжских немцев.

[28] Вероятно здесь имеется ввиду Рудольф АСМИС (Rudolf Asmis, *1879 - †1945), в 1923-1924 гг. советник посольства в Москве и автор книги: Als Wirtschaftspionier in Russisch - Asien. Berlin 1924.

[29] Возможно речь идет о Герберте ХАУШИЛЬДЕ (Herbert Hauschild), советнике посольства в Министерстве иностранных дел Германии, который занимался в 1920-х гг. немецко-российскими и немецко-советскими отношениями.

[30] ЭБЕРТ Фридрих (Friedrich Ebert, *1871- †1925) - немецкий социал-демократ, один из ведущих деятелей СДПГ, лидер её умеренного, "ревизионистского" крыла. Во время Ноябрьской революции 1918 принял от Макса Баденского пост рейхсканцлера (9 ноября), 10 ноября стал одним из представителей т. н. Совета народных уполномоченных; первый президент Германии (Веймарская республика, 1919-1925).

[31] ШВАБ Август (Schwab, August) - теолог, выпускник Дерптского университета (сегодня - Тартусский университет в Эстонии), в 1919 г. принял пост управляющего делами "Союза немцев Поволжья" в Берлине.

[32] По всей вероятности речь идет о "Союзе по поддержке немецких меншинств за рубежом" (Verein für das Deutschtum im Ausland), основанном в 1881 г. и до 1908 г. носившем название "Всеобщий немецкий школьный союз" (Allgemeiner deutscher Schulverein).

[33] Это не соответствует известным фактам. "Союз немцев Поволжья" образовал совместно с несколькими другими группировками "Центральный Комитет российских немцев" (Zentralkomitee der Deutschen aus Rußland) со штаб-квартирой в замке Бельвю (Bellevue) в Берлине. В 1929 г. Центральный Комитет представлял девять самостоятельных организаций, см.: Schmidt (1992), op. cit., S. 78-79.

[34] ФЕЙТ Валентин (Veit, Valentin, *1885 - †1947), немецкий историк и архивист. Профессор истории Берлинского и Фрейбургского университета, с 1933 г. в эмиграции в Англии, с 1940 г. - в США.

[35] САЛОМОН Рихард (Richard Salomon, *1884 - †1966), профессор истории восточной Европы Гамбургского университета. Посещал дважды СССР в 1925 и 1929 гг. После 1933 г. вынужден был прекратить свою академическую деятельность и эмигрировать в США.

[36] ЛЕЙББРАНДТ Георг (Georg Leibbrandt, *1899 - †1982), родился в немецком селе Хоффнунгсфельд (Hoffnungsfeld) под Одессой, в 1918 г. переехал в Германию, изучал теологию, историю и народное хозяйство, защитил докторскую диссертацию по колониям Херсона и Бесарабии. Посещал Советский Союз в 1926, 1928 и 1929 гг. Некоторое время был занят в Deutsches Ausland-Institut, а с 1931 по 1933 г., в качестве стипендиата Фонда Рокфеллера, находился в Париже и в США. С 1933 г. руководитель Восточного отдела внешнеполитического ведомства нацистской партии НСДАП, а с 1939 г. по 1943 г. руководитель политического отдела Восточного министерства. Следует упомянуть, что Лейббрандт играл центральную роль как "немецкий шпион" в процессе 1933-1934 гг. против 12 профессоров и преподавателей немецкого отделения педагогического института в Одессе, см.: Benjamin Pinkus, Ingeborg Fleischhauer: Die Deutschen in der Sowjetunion. Geschichte einer nationalen Minderheit im 20. Jahrhundert. Baden-Baden 1987, S. 224-225; Малинова Г. Дело антисоветской немецкой организации преподавателей Одесского педагогического института (1934 год) // Одесский мартиролог. Данные о репрессированных Одессы и Одесской области за годы советской власти. Том 1. Одесса 1997, с. 710-720; Galina Malinowa: Das deutsche Päd[agogische] Institut in Odessa: Menschen und Schicksale, in: Anton Bosch (Hrsg.): Rußland-Deutsche Zeitgeschichte. Band 2. Nürnberg 2002, S. 29-80.

[37] Речь идет, по-видимому, о следующем издании: Carl Petersen / Otto Scheel u.a. (Hg) Handwörterbuch des Grenz und Auslanddeutschtums. Breslau 1933 ff. (3 Bände).

[38] В начале 30-х гг. в ходе всеобщих репрессий против "экономической контрреволюции" органами ОГПУ были арестованы и осуждены известные микробиологи из числа старой интеллигенции в городах Москве, Харькове, Саратове и Минске. Их обвиняли в чем угодно - в шпионаже, вредительстве, саботаже, но подлинную причину ареста от них скрывали. Некоторые из них попали в Суздаль, где в 1932 г. 19 микробиологов под надзором спецслужб приступили к исследованиям по созданию бактериологического оружия.

[39] ХИЛЬГЕР Густав (Hilger, Gustav, *1886 - †1965), дипломат, советник германского посольства в Москве до 1941 г. По заданию МИДа в 1921-1922 гг. координировал меры немецкого правительства по помощи России с целью смягчения последствий голода.

[40] ШЕПЕР Хиннерк (Scheper, Hinnerk, *1897 - †1957), художник, колорист и реставратор памятников старины. Окончил "Баухауз" (Bauhaus - Высшая школа строительства и художественного конструирования в Веймаре, позже в Дессау, 1919-1933. См. о ней подробнее: http://www.lifeart.narod.ru/nom17/p17-6.htm). В 1929-1931 гг. проживал в Москве.

[41] ШВАРЦ Лотте (Schwarz, Lotte, *1902 - †1984), падчерица Отто ПОЛЯ (Otto Pohl), изучала национальную экономику и индивидуальную психологию в Вене и получила ученую степень доктора экономических наук. В 1926 г. переехала в Москву. Вместе с О. Полем работала в немецкоязычной газете "Московское обозрение" ("Moskauer Rundschau") в 1929-1933 гг. В середине 1930-х гг. переехала в Прагу. После войны работала заведующей детским домом для еврейских детей-сирот во Франции. Одновременно Шварц занималась переводом с русского языка.

[42] ШВАБ Иоганнес Фридрихович (Schwab, Johannes, *1888 - †1938), единственный из партийных и советских функционер такого масштаба, которому наряду с большевистской убежденностью не чужды были национальные чувства, отстаивание национальных интересов. С 1924 г. по 1930 г. стоял во главе госаппарата республики, Центрального Исполнительного Комитета (ЦИК) АССР НП. В документах и газетных сообщениях того времени Шваба называют первым ректором (директором) Немецкого пединститута; см. о нём: Pinkus/Fleischhauer: op. cit., S. 88; Ч е б о т а р е в а В.: Государственная национальная политика в Республике Немцев Поволжья. 1918-1941 гг. Москва, 1999, с. 114-115.

[43] КРОГИУС Август Адольфович(Krogius, August, *1871 - †1933), известный российский психолог, в 1919-1930 гг. профессор, заведующий кафедрой философии и психологии Саратовского университета, затем преподавал в Ленинграде. В своё время проректор Дингес намеревался пригласить его для чтения лекций в Немецкий пединститут.

[44] ШТАУБ Карл Иванович (Karl Staub, *1874 - † после 1941), родился в колонии Екатериненштадт (Katharinenstadt) на Волге, окончил в 1901 г. технологический институт в Харькове и работал инженером, а затем в течение почти 25 лет был доцентом Саратовского высшего специального технического училища. В ноябре 1930 г. был арестован вместе со своим сыном органами ОГПУ и освобожден лишь спустя 14 месяцев. Позднее преподавал в качестве профессора во многих высших учебных заведениях, с конца тридцатых годов Штауб возглавлял кафедру в Саратовском дорожно-строительном институте. Дальнейшая его судьба после депортации 1941 г. неизвестна.

[45] ХОРСТ-ПАУЛЬ Анна Георгиевна (Horst-Paul, Anna, *1903 - † после 1965), уроженка с. Штреккерау (Streckerau), партийный и советский функционер, с февраля 1930 г. новый ректор Немецкого пединститута; вынуждена была освободить этот пост уже через два года. В октябре 1937 г. арестована, осуждена 17 сентября 1939 г. Особым Совещанием при НКВД СССР за антисоветскую агитацию к 8 годам лишения свободы. После реабилитации в 1955 г. жила в Москве и принимала активное участие в движении 1960-х годов за восстановление республики немцев Поволжья.

[46] С октября 1919 г. Немецкий Зарубежный Институт (DAI) выпускал наряду с журналом "Der Auslandsdeutsche" дополнительно пресс-сообщение, выходившее один раз в 14 дней, которое бесплатно предоставлялось в распоряжение прежде всего средствам массовой информации внутри страны и за пределами рейха.

[47] ГЕЙМАН (Heimann) - доцент Саратовского университета и Немпединститута.

[48] ШНЕЙДЕР Александр Петрович (Schneider, Alexander, *1887 - †1937?), советский функционер. Родился в с. Тарлыковка (Dinkel) Новоузенского уезда Самарской губ. С 1921 по 1923 гг. - руководитель представительства Области немцев Поволжья при Народном Комиссариате по делам национальностей РСФСР. Активно участвовал в установлении контактов с Германией и США. С 1924 г. представитель АССР НП при Президиуме ЦИК в Москве, см. Чеботарева В., ук. соч. с. 95-97.

[49] КОНСТАНЦ Фридрих (Friedrich Konstanz) - директор вновь открывшейся 10 ноября 1922 г. в Саратове немецкой средней школы.

[50] ЛАНКАУ Вольдемар (Lankau, Woldemar, *1883 - † начало 1921 от туберкулеза), лют. пастор в разных немецких селах Поволжья и в Саратове (1914-1918).

[51] ЗЕЙБ Эдуард (Seib, Eduard, *1872 - †1940), уроженец с. Бергдорф, Тираспольского уезда Херсонской губернии. Лют. пастор в разных немецких селах Поволжья и в г. Саратове (1899-1924), позднее в г. Таганроге (1925-1931), затем ссылки в Казахстан и Сибирь.

[52] КЛЮК Артур Юлий Вильгельмович (Kluck, Arthur Julius, *1891 - † после 1931), лют. пастор в Саратове (1916-1917), а позднее в больших поволжских колониях Франк (Frank) и Екатериненштадт (Katharinenstadt / Marxstadt). Первый раз арестован в декабре 1929 г., два года спустя осужден после повторного ареста на 10 лет заключения в ИТЛ. Погиб в лагере, см.: Лиценбергер О. Евангелическо-лютеранская церковь и советское государство 1917-1938. М. 1999, с. 358-360.

[53] Peter Sinner: Kurzgefaßte Geschichte der deutschen Wolgakolonien, in: Beiträge zur Heimatkunde des deutschen Wolgagebiets. Pokrowsk 1923, S. 5-28.

[54] 24-28 февраля 1918 г. в колонии Варенбург (Привальное) прошел съезд депутатов-немцев Новоузенского и Николаевского уездных земских собраний Самарской губернии (Warenburger Konferenz deutscher Landschaftsabgeordneten), который разработал "Проект национального объединения всех немцев Поволжья в автономную немецкую республику Поволжья в составе Российского федеративного государства". См. об этом: http://old.sgu.ru/users/project/pdf/nem/06.doc. Как фактически протекало становление немецкой автономии см., например, работы В. Хердта или Л. Шумиловой: http://sgu.ru/sguprojects/cultural/science/docs/konf2.doc

[55] РЮДИГЕР Герман (Rüdiger, Hermann, *1889 - †1946), д-р, работал с 1923 г. по 1935 г. в качестве главного редактора отдела печати в DAI. Во время войны исполнял обязанности руководителя Института.

[56] ВАННЕР Теодор (Wanner, Theodor, *1875 - †1955), предприниматель, организатор и покровитель культурно-политических институтов. Основатель и первый председатель Немецкого Зарубежного Института (DAI) в Штутгарте (1917-1933).

[57] Notgemeinschaft der Deutschen Wissenschaft - Общество содействия немецкой науке. Было основано в октябре 1920 г. по инициативе Берлинской Академии Наук в условиях послевоенной разрухи с целью предотвратить упадок немецкой науки. Финансирование осуществлялось как государством, так и частными лицами. Коллективными членами Общества состояли 5 академий наук, Общество Кайзера Вильгельма, Германский союз научно-технических обществ, Общество германских естествоиспытателей и врачей. В 1929 г. переименовано в "Deutsche Forschungsgemeinschaft" (DFG - Немецкое научно-исследовательское сообщество), существующее и по сегодняшний день.

[58] Всесоюзное общество культурной связи с заграницей (ВОКС), общественная организация, объединявшая в своих секциях деятелей советской науки, литературы, искусства, народного образования и спорта. В задачи Общества входило ознакомление общественности СССР с достижениями культуры зарубежных стран и популяризация культуры народов Советского Союза за границей. По приглашению ВОКС в СССР приезжали делегации зарубежных обществ, а также отдельные видные деятели науки и культуры. В свою очередь Общество направлял в зарубежные страны делегации и отдельных представителей советской науки и культуры для участия в конгрессах и конференциях; театральные коллективы, музыкальные и хореографические ансамбли; организовывал обмен литературой и экспонатами для различных выставок и т.д. (БСЭ).

[59] Речь идет скорее всего о работе Виктора ЖИРМУНСКОГО (*1891 - †1971), известного лингвиста, литератора, диалектолога и германиста: Жирмунский В.: Религиозное отречение в истории романтизма: Материалы для характеристики Клеменса Брентано и гейдельбергских романтиков. Москва, 1919. В Саратовском университете Жирмунский руководил в 1917-1919 гг. кафедрой романо-германской филологии и познакомился с Георгом Дингесом, чьи диалектные исследования речевой коммуникации поволжских немцев разбудили его интерес к изучению т.н. островных, т.е. находящихся в иноязычном окружении, диалектов немецкого языка (Sprachinselforschung). Тесные коллегиальные отношения с Дингесом продолжались вплоть до ареста последнего. В 1920-х - начале 1930-х гг. Жирмунский интенсивно занимался историей, фольклористикой и развитием языка немцев Украины (Schwarzmeerdeutsche) и живущих в окрестностях города Ленинграда. Подробно об этом см.: Nina Berend und Hugo Jedig: Deutsche Mundarten in der Sowjetunion. Geschichte der Forschung und Bibliographie. Marburg 1991, op. cit., S. 113 - 124; Жирмунский В. Итоги и задачи диалектологического и этнографического изучения немецких поселений СССР // Советская этнография, 2/1933, с. 84-112.

[60] Beiträge zur Heimatkunde des deutschen Wolgagebiets mit einer Mundartenkarte und Tabelle. Verlegt von der Abteilung für Volksbildung des Gebiets der Wolgadeutschen. Pokrowsk 1923.

[61] ЛОНЗИНГЕР Август (Lonsinger, August, *1881 - †1953), писатель, публицист, педагог, фольклорист. Уроженец с. Щербаковка (Mühlberg). В 1922-1927 гг. учитель Немецкой школы в Саратове, лектор Саратовского университета, инспектор Народного Комиссариата просвещения АССР НП. В 1935 г. арестован и выслан в Казахстан, но в 1938 г. смог вернуться снова на Волгу. После депортации в 1941 г. умер в городке Ужур, Красноярский край.

[62] ВОРМС Владимир Владимирович (Worms, Wladimir, *1868 - †1941), медик. Ординарный профессор по кафедре медицинской химии (1909-1929) Саратовского университета. Организатор и заведующий кафедрой биохимии Саратовского университета до января 1931 г. В начале тридцатых годов читал лекции в Немпединституте. (Фото)

[63] Секретно-оперативное управление Полномочного Представительства ОГПУ по Нижневолжскому краю.

---